Чуваки и чувакессы, творческий ступор отступил. Принес вам почитать досужих рассуждений.
Давеча мы с Луной моей жизни имели дискуссию о современном дискурсе женской красоты, в частности, о женском раскрепощении на тему общепринятых стандартов. Началось с того, что автор этих строк заметил некоторую асимметричность в вопросе. Дискурс о «нереалистичных стандартах женской красоты» есть, но нет дискурса о «нереалистичных стандартах мужской красоты». В конце я выдвинул дичайше угарную гипотезу о том, что этот дискурс (beauty at every size, etc.) – это psyop. Точнее, гипотеза заключается в том, что это суть явление внутриполовой женской конкуренции. И чем больше я рассуждаю в эту сторону, тем больше складывается паззл.
Здесь необходимо сделать короткое введение, чтобы ход моих мыслей был понятен.
Первое – женская конкуренция отличается от мужской. Методы мужской конкуренции: статус, ресурсы и карабканье по иерархии компетенций. Методы женской конкуренции: управление репутацией, демонстрация отсутствия угрозы, коалиции с товарками. Здесь должны быть ссылки на исследования, но их не будет, верьте на слово. Тем более, что это не противоречит вашему жизненному опыту.
Второе – доступ к ресурсам является важным фактором мужской привлекательности для женщин, ищущих мужа. Кроме того, очень важным является сравнение с ресурсами самой женщины. Грубо говоря, совпадает ли уровень потребления потенциального супруга с уровнем потребления выбирающей. Еще грубее: барышне на BMW не интересен ухажер на жигулях. А вот барышня на автобусе может быть заинтересована в муже с жигулями.
Третье – автор считает, что семья и деторождение является императивом, и ему следует (в разной степени осознанности) подавляющее большинство людей.
Ты, дорогой читатель, уже трясешь кулаками в сторону автора и восклицаешь: «Да при чем тут стандарты красоты, увалень?! Какая внутриполовая конкуренция, кретин!»
С человечеством случились индустриализация и массовый выход женщин на работу. Из-за обстоятельств, возникших в середине двадцатого века, женщины начали замещать мужчин на привычных рабочих местах. Потом война закончилась, города отстроились, а всё больше женщин заняты в новой экономике. Какой бы быстрорастущей экономика ни была, она не может не отреагировать на почти моментальное и очень значительное увеличение предложения на рынке труда. У тебя 5 рабочих мест на 7 соискателей. Что это значит? Это значит, что работу получит тот, кто согласен работать за меньшее. И кто это будет? Тот, кто раньше не был занят в этой форме экономической активности и для него (нее) это хоть какой-то шанс на финансовую независимость.
К чему это привело? К увеличению доходов женщин и снижению доходов мужчин.
Теперь мы добавляем к этому то, что женщины выбирают долгосрочного партнера относительно своего материального положения. Экономические реалии изменились, а программа отбора – нет. Мы получаем два накладывающихся эффекта: мужчины стали (в среднем) зарабатывать меньше, а уровень благосостояния женщин вырос (в среднем). Первое привело нас к тому, что снизилось количество мужчин, зарабатывающих достаточно для содержания семьи. Второе – у женщин выросли минимальные требования к ресурсам потенциального супруга (мы помним, что оценка мужчины идет относительно женщины).
Что мы имеем в итоге? Предложение снизилось (мужчины меньше зарабатывают), но при этом поднялись требования к величине этого заработка («я и сама себе на кофе заработаю»).
Получается, что большинство женщин, ищущих замужество, конкурируют за одну и ту же долю мужчин, которых меньшинство. Здесь включаются механизмы женской конкуренции, а мы помним, что они непрямые. Например, это может принять такую форму: конвенционально привлекательные женщины сообщают менее привлекательным женщинам, что им (менее привлекательным) ничего не надо делать. Все неврозы навязаны патриархией, нереалистичные стандарты красоты от лукавого, и вообще, ты огонь-баба!
Часть женщин принимает такой посыл всем сердцем и начинает тратить меньше времени и сил на движение к этим самым стандартам. Они перестают быть привлекательными для той доли мужчин, за которую все конкурируют. Что облегчает жизнь женщинам, продолжающим конкуренцию.
Произошел бамбузл. Автор не думает, что это заговор ящериков. Просто динамика социальных отношений и механизмы отбора. Ни в коем случае не считаю, что таким образом можно объяснить все социальные явления. Абсолютно при этом уверен, что описанное выше точно отвечает за какую-то долю происходящего.
В чем мораль? Мораль в том, что такая оптика — это черная пилюля, не рекомендую. По возможности избегайте смотреть на мир так, как на него смотрит автор этих строк. Развивайте магическое мышление и черпайте инсайты из снов и знаков.
Это – знак.